- Космос отвел глаза и принялся жевать губы. Саша еще со школы помнил, что у друга
это - верный признак крайнего затруднения.
- А в чем?.. В чем дело-то? - уже теряя терпение, спросил Белов.
- Ты только это... не злись... Я тебе правду скажу, - Космос мрачно взглянул на друга. - Короче, она шлюха.
"Бумм!" - Саша резко, без замаха врезал товарищу в челюсть. Тот, никак не ожидавший такого поворота событий,
навзничь рухнул с перил. Ослепленный яростью Белов пулей перелетел парапет и с глухим рычанием бросился на
растерявшегося Космоса. Они сцепились и, осыпая друг друга ударами, покатились вниз по склону.
Фил с Пчелой кинулись к дерущимся, первый навалился на Сашу, второй прихватил Космоса. Через минуту им удалось
их растащить, причем Филу явно пришлось труднее - справиться с взбешенным Беловым оказалось совсем непросто.
- Ты что, охренел?! - кричал он в ухо Саше. - Что ты делаешь, Саня, ты в своем уме?!
Космос сел и невесело ухмыльнулся разбитыми губами:
- Ну ты и псих, Белов... Я-то здесь при чем?..
Тяжело дыша, Саша обвел растерянным взглядом хмурые лица друзей, медленно опустил голову и вдруг резко, рывком
закрыл ладонями лицо...

III

Татьяна Николаевна отжала рубашку сына и, встряхнув, развернула ее к свету. Пятна крови отстирались полностью, а вот
иззелененные рукава и спина, до конца не отошли.
"Придется, наверное, кипятить, - вздохнув, подумала она. - Как бы не полиняла... Турецкая - бог ее знает, что за краска..."
Новой рубашки, купленной всего месяц назад на рынке в Лужниках, было жаль. Но несоизмеримо больше и острее ей
было жаль сына.
Он вернулся домой рано - испачканный, со свежими ссадинами на лице и мрачный, как туча. Мать сразу догадалась -
узнал про Лену. То, что она хотела, но боялась рассказать сама, Саше, видимо, сообщили друзья. Наверное, и подрались-то
из-за этой...
Развесив рубашку над ванной, Татьяна Николаевна на цыпочках подошла к комнате сына